Ежегодный Восточный экономический форум — не только важное политическое, но и гигантское пресс-мероприятие. Журналистов на ВЭФ аккредитуется едва ли не столько же, сколько на него съезжается гостей. Тенденция последних лет — в заявках на аккредитацию всё больше женских фамилий. Да и в высших учебных заведениях бывшие школьницы всегда поступают на журфаки чаще, чем экс-школьники (ДВФУ тому яркий пример). Редакция PRIMPRESS ещё до начала ВЭФ пыталась разобраться в феномене современного гендерного дисбаланса в журналистике.
Слово «журналист» — мужского рода, но большинство пишущих людей в современных редакциях – девушки, молодые парни встречаются сильно реже. Девушки всегда поступают на гуманитарные факультеты чаще, чем молодые люди, но на журфаках вопрос «гендерного равновесия» стоит особенно остро. Почему «журналист» превратился в «журналистку»?
«Женщин в около гуманитарных специальностях всегда было в какой-то мере больше, как мне кажется. Возможно, свою роль тут играют любопытство, общительность и стремление быть в центре внимания», — говорит бывший тележурналист канала ОТВ Ян Мачильский.
Мы привыкли думать, что репортер часто попадает в ситуации, где для собственной безопасности нужно иметь физическую подготовку и уметь постоять за себя. Разные сюжеты могут разворачиваться в глубинке или неблагополучных районах, в которых хрупкая девушка-журналист может пострадать без крепкого мужчины рядом. Стереотип?
«Тут речь, мне кажется, скорее об индивидуальном профессионализме. Для большинства случаев я разницы не вижу. Бывают, конечно, в деятельности журналистов моменты, сопряженные с опасностью: тяжелые физические условия, общение со, скажем так, специфическими категориями населения и т.д. Но все равно везде все упирается в индивидуальный профессионализм. Тут у всех могут быть свои методы и способы достижения результата», — настаивает г-н Мачильский.
По сей день остаются сферы, в которых женщины встречаются редко: спортивная и военная журналистика всегда были и остаются «мужскими» – именно мужчины чаще интересуются этими вещами, тогда как большинство девушек стремятся работать в fashion-журналах. Хотя, конечно, подавляющее количество рабочего времени в СМИ занято новостными заметками, которые трудно привязать к своим интересам. Но реальность такова: например, на втором курсе факультета журналистики ДВФУ в прошлом учебном году обучалось двое молодых людей и 36 девушек. Сколько молодых людей «доживут» до четвёртого курса — подумать страшно.
«Почему большинство современных мужчин не идут в журналистику, даже получив образование по специальности? Конечно, в первую очередь причиной является экономическая нестабильность – профессия не обеспечивает потребность мужчины в роли «добытчика» и финансовой предсказуемости. Также на это может влиять кризис профессиональной идентичности – это разрыв между романтизированным образом профессии и современной реальностью «кликбейтинга», — рассуждает психолог центра «Защитники Отечества» Кристина Логвиненко.
По её словам, тенденция указывает на дальнейшее закрепление гендерного дисбаланса, если не произойдёет системных изменений. Журналистика продолжает терять экономическую привлекательность и статус, и это усиливает ее позиционирование как «женская» сфера.
«В гендерной психологии действует закономерность: как только профессия теряет высокий статус и экономическую привлекательность, она начинает восприниматься как «женская». Это связано с тем, что мужская самооценка в обществе традиционно привязана к доходу и положению в обществе. Нам с раннего детства транслируется установка: «техническое, управленческое, силовое – мужское; гуманитарное, сервисное, заботливое – женское». Журналистика попала во вторую категорию, что закрепило стереотип», — говорит г-жа Логвиненко.
Она убеждена, что исправить ситуацию могут только повышение статуса и оплаты труда. Пока профессия остается низкооплачиваемая, мужчины будут избегать её. Хотя нельзя сказать, что это нечто ужасное: любая профессия иногда переживает кардинальные изменения. Ремесло журналиста плавно переходит в женские руки.